Это не так чудовищно, как их же «Голубой щенок». Это просто очень плохо.

В маленький городок Елсо, населённый говорящими животными (потому что детская сказка — это когда животные говорят, вы же знаете), приезжает опытный вор и крадёт всё по мелочам, докучая жителям. Расследовать преступления возвращается из столицы Йохим Лис, прямо с курсов детектива. Час дикой некомпетентности спустя его подруга пленяет воров и все танцуют.

Как водится, весь спектакль — про сексизм, ксенофобию, культ вещей, некомпетентность профессионалов и профилирование. Если кто-то завязал с преступным прошлым — то не верьте ему, исправиться невозможно. Персонаж, потративший год на обучение ремеслу, будет неспособен на элементарные действия, которым его обучали. Жителей спасёт только чудо — ради разнообразия, воплотившееся в девушке-лисичке.

Песни предсказуемо ужасные, кроме одной — совместной лиса и лисички (да и там поначалу слова лучше не слышать). Танцев исчезающе мало. Ни одного неожиданного поворота. Детский спектакль, по моему мнению, должен быть такой же хороший, как взрослый, но понятный детям. Этот же не несёт никакого смысла, он только развлекает — да и то лишь тех, кто хорошего мюзикла в жизни не видел.

На корабль современности с Иродом, его женой и принцессой Саломеей взбирается пророк Иоканаан и начинает обличать нравы и грозить карами небесными. Его, разумеется, бросают в трюм, откуда продолжают раздаваться проклятия. Саломея интересуется голосом и просит выпустить пророка на минуточку. При его виде в ней взыгрывает страсть и она просит хотя бы поцелуйчик. Тот отказывается, но Саломея добивается своего — целует в губы его отрубленную голову.

Это моя первая опера и она, конечно, поражает масштабом. Опера для театра — это примерно как собор для религии: она должна вызывать благоговение. Не важно, что тексты устарели на тысячу лет, а исполнители главных ролей, в основном, только ходят туда-сюда и произносят монотонные речи на чужом языке. Качество постановки несопоставимо с театром музыки и балета: двойной экран, пять планов действия, божественная работа со светом. И, конечно, чёртов ТРЁХЭТАЖНЫЙ КОРАБЛЬ, который выплывает на двадцатой минуте и причаливает на поворотном круге до конца спектакля.

Осенью премьеру оперы пришлось перенести на месяц, потому что какие-то христиане возмутились эдакому кощунству. Сюжет вполне библейский, где-то на фоне Иисус творит свои чудеса, но сложно вынести, что у людей того времени были какие-то чувства, не подходящие под генеральную линию партии. Что ими могла завладеть такая сильная страсть, что ради неё смерть казалась адекватной платой. Танец семи покрывал невинен по современным меркам, но пожилые женщины вокруг заохали: да как так можно. Даже не оголяется никто, ну в самом деле. А когда Саломея настаивает: «хочу голову Иоканаана на серебряном блюде», одобряемая матерью, это даже звучит как гимн современного феминизма. И страшно представить, что она собралась делать с его головой — хотя в итоге всё опять же беззубо.

Не слышав ни единой постановки, я считал, что опера — это древний мюзикл. Отдельные схожести есть: это и богатство постановки, и непрерывный музыкальный фон с пропеванием всех фраз, и танцы. Но различий гораздо больше: песен в традиционном понимании нет, музыка не выдаётся, действия тоже немного и в целом постановка не так захватывающа, как мог бы быть современный мюзикл на эту тему. Вся сценография как будто направлена не на донесение истории (десять минут бродить вокруг корабля с артикуляцией намерения поцеловать голову — заткнись и сделай уже), а на создание атмосферы богатства и эпичности. Непонятно, как к этому относиться: с одной стороны, я местами скучал, с другой — это будто блокбастер в мире театра, нигде такого размаха больше не увидеть. Нужно больше просмотров — благо, записи десятков важных опер доступны бесплатно в сети.

Программистка Надя споласкивает лицо в туалете, смотрится в зеркало и выходит, пропуская двух девушек, в вечеринку в честь своего дня рождения. Знакомится с каким-то скользким типом и тащит его домой, а затем идёт искать своего кота Овсянчика. Тут-то её и сбивает машина. Она снова в туалете, и впереди у неё множество смертей. Во время одной из них она встретит Алана, который собирался предложить своей невесте Беатрис пожениться, но получил отказ. Вместе они пытаются понять, почему они постоянно умирают, и найти выход как из временной петли, так и из своего отчаяния.

В соцсетях про этот сериал пишут две фразы: что он гениален (это правда) и что он про целительную психотерапию. Но прочитав описание и посмотрев трейлер, в голове поселяется очевидная параллель: «День сурка». Мало того, что от неё не избавиться, так ещё она мешает начать смотреть сериал. Потому что всё это мы уже видели, да и фильм был не очень приятным по нынешним меркам. Первая серия развенчала это предубеждение: сериал совсем другой.

Восемь серий дают сюжету развернуться: подходы к дню жизни не схлопываются в череду однотипных экспериментов, как в «сурке», а каждый раз открывают какую-то часть персонажа и окружающего мира, продвигают сюжет. Серии по 25 минут оканчиваются клиффхэнгерами, а общие три часа экранного времени предохраняют от классической болезни сериалов на Netflix, когда середину хочется перемотать.

Фильм запомнился своим чудовищным сексизмом и цинизмом, прямо подстать главному герою. Фил не меняется внутренне, но проводит свои однообразные годы за совершенствованием мастерства. Всё ради грандиозной, кажущейся невыполнимой задачи: лечь в постель с Ритой. Как только это удаётся, вселенная награждает его ещё одним днём. Вселенной в «матрёшке» наплевать на мастерство и она даёт конечное количество попыток. Хорошо, что Наде помогают примириться с прошлым многочисленные друзья, а сама она помогает Алану, иначе бы не успели.

Сериалу помогает, что все его режиссёры и сценаристы — женщины, как и главный персонаж. В девяносто третьем году такое было невозможно: «сурка» создавали исключительно мужчины и Рита в нём играет роль вдохновления и приза для героя. Самоубийство и насилие были отличными темами для шуток в девяностых, но нынешние авторы взрослее относятся к эмоциям.

В «сурке» Фил справился со всем один, его подобие в сериале — Алан, и он отлично справляется с полировкой каждого своего идеально-саморазрушительного дня. «Матрёшка» про то, что одному со своими психологическими проблемами справиться невозможно, нужен кто-то ещё: психолог, близкий друг или случайный попутчик по временной петле.

Фил был некомпетентен: кое-как выполнял работу погодника, но даже на банальный репортаж с ежегодного мероприятия его не хватило. Это отражало его характер: необязательный, циничный, инфантильный. Соответственно, его мастерство в финале будто бы показывает, что внутри он тоже вырос. Через внешнее — к внутреннему. Но это работает в очень узких рамках: можно повысить настроение, заставив себя улыбаться, но нельзя стать эмпатичнее, научившись играть на рояле. Надя — отличная программистка. На токсичном код-ревью она за минуту находит и исправляет чужую ошибку. Она не учит новый алгоритм или методологию за время в петле: чтобы разобраться в себе, они не помогут.

«День сурка» концептуально очень прост: один день, цикл, условие выхода. Прошли ровно двадцать шесть лет и обогатили наш культурный бэкграунд сотнями фильмов и книг про время и физику: теперь развлечения должны быть сложнее. Во время просмотра вспоминаешь «Лангольеров», «Lost», «Матрицу», «The Good Place» и другие хорошие фильмы и сериалы. Пытаешься понять правила, по которым работает мир, но это не проще, чем понять, как работает твой мозг.

Такаси — обыкновенный японский школьник, который с детства видит духов. Не воюет с ними, ничего такого, просто живёт с даром, доставшимся ему от бабушки. Дружит с одноклассниками, иногда освобождает имена достаточно вежливых духов, а от драчливых его защищает говорящий кот-призрак Мяв-сенсей. Во время одной из прогулок по летней Японии кот внезапно пропадает, а на его месте появляются целых три бессловесных котёнка. Решение этой и сопутствующих загадок объединит Такаси, его друзей, всех его знакомых духов и охотников за духами и разрешит некоторые многолетние загадки.

Зилич в своей извиняющейся рецензии упоминает шесть сезонов сериала — и они совершенно не чувствуются. Это история в духе «письма для Момо»: камерная, про людей и их переживания, про прощание с детьми, дружбу и память. Духи здесь — естественная для аниме часть мира, как во всех работах Миядзаки или аниме типа «Сакуры». Мы любим японские сюжеты за отсутствие зла: можно быть уверенным, что все персонажи действуют из лучших побуждений в рамках своих картин мира. Спокойствие во время просмотра не равно скуке: это убеждённость, что сюжет не попадёт в ловушку простоты, что каждый персонаж важен и станет лучше в конце фильма. И тихая эмоциональность, конечно, догонит в финале.

«Тетрадь» не выделяется анимационными техниками, необычными диалогами или технологичным миром. Это по всем параметрам классический фильм в духе восьмидесятых. Это не принесёт ему никаких наград, не заставит критиков восхищаться и советовать фильм в журналах, но смотреть его очень приятно. Никакие сюжетные линии не пропадают, никто не ведёт себя нелогично (или ведёт, но этом есть объяснение), ничего не делается ради шутки или чтобы выпендриться. Не нужно знать контекстов ни истории, ни культуры. Мы проживаем несколько дней с Такаси и получаем катарсис в финале: чего ещё желать.

Теперь я послушал два выпуска «Это провал» @provalpodcast: интервью с предпринимательницей Таисией Кудашкиной и моделью Сашей Сергеевой. Взялся из-за длительности: выпуски минут по сорок. Остался из-за того, что отлипнуть сложно.

Когда слушал Таисию, поначалу думал: ну блин, снова успешный человек рассказывает, как силой воли и зарядками по утрам добился миллиона рублей в месяц и вы так можете. Я когда такое слышу, прямо хочу выкинуть магнитофон на улицу. Из-за этого перестал слушать подкаст «Норм»: в их выпуске с семью историями Игорь так зарядил успешности, что противно продолжать.

Ну так вот, Таисия начала за здравие, а потом как влила реальной жизни: в фейсбуке поливают помоями, проекты проваливаются постоянно, группа в сто тысяч человек, а толку нет, в жизни все ушли и осталось ноль рублей и дети. Хорошо, знакомый подсказал, с чего начать. Ну и так пошло: нехотя, с сомнениями и риском. Много про провалы и про русскую специфику. Я не планирую начать бизнес, слушал потому, что живая история интересного человека.

Сашу @modelslife я читаю очень давно, но в выпуске подкаста она рассказала, какая жопа с ней случилась в Лондоне и как она присиживает ценные дни в больнице, потому что тело решило, что оно враг себе и медленно самоуничтожается. Перед этим, конечно, были весёлые истории из Китая и прочая выжимка её великолепного канала. На новости про нетфликс я внутренне возопил.

Ведущая Кристина очень бодро спрашивает, нещадно вырезает пустоты и даже ускоряет голос, где становится многословно. Ни разу не кажется, что зря тратишь время: как только сюжет исчерпывается, подкаст завершён. Понравилось.

Долгожданные захватчики с планеты Duplo прилетели в город лего, их встретили миром, и тут же — «прошло пять лет». Дочка Бьянка подросла и сама играет во взрослый конструктор. Ну ёлки-палки. Город, где всё было прекрасно, лежит в руинах, на его месте неинтересный девочкам мир «Безумного Макса». В комнате сестры — замок с сердечками... Нет, не могу. Какой бред.

Второй фильм ровно такой же, как первый. Буквально, один-в-один. Где раньше парень находил общий язык с отцом, теперь находит общие игры с сестрой. Всё абсолютно то же самое, только вдвое больше. Два Эммета, два члена семьи, с которыми общается Финн, два времени, две комнаты, две формы Юникитти (лучшее, что есть в этом фильме) и так далее. Чем закончится, понятно с самого начала, остаётся это всё высидеть. Немного помогают многочисленные песни. Но до мюзикла фильму ой как далеко — в этом качестве он проигрывает даже тизеру «Холодного сердца 2», в котором произносят только одно слово.

Сняв привычный уже слой метакомментариев и шуток, открывается бездна шаблонов. Сложно поверить, что в наше время кто-то осмелился взять и с ровным лицом экранизировать то, что было стыдновато уже лет десять назад. Пистолетики у мальчика и розовые замки у девочки? Серьёзно? Переплавка кубиков лего? Динозавры на космическом корабле? Кто такое придумывает вообще.

Мораль первого фильма была сомнительной — но, конечно, я сейчас составляю довольно прикольные штуки из лего без схем. Когда я пытаюсь понять, в чём смысл сиквела, мозг плавится. Не может же он быть «мальчики могут играть и с девочками — достаточно перекрасить пистолеты в розовый цвет», мне стыдно даже думать об этом. Немного спасает побочная линия о том, что друзей нужно слушать и им всегда нужно верить, но если туда углубляться, то как тогда вписывается в эту мораль вопрос с гипотетическим контролем разума? Подозрения Эммета были вызваны именно тем, что дружбы как-то чересчур, и никто ничего не опроверг, просто попросили верить.

Остаётся простое наблюдение: если чудовищная колдунья зловеще поёт песню про то, что в ней ни капли дурных намерений и никого она не собирается зажарить и съесть, нужно допускать возможность, что так оно и есть: просто она с иной планеты (или ей семь лет) и она не очень хорошо понимает собственный образ. Ну или сценаристов били палками и они выдавали идеи в слезах и с надеждой, что результата не увидят.

«Всех трёх главных героинь тошнит в разные моменты фильма». Это снова фильм Лантимоса, и хотя он впервые экранизировал чужой сценарий, фильм чудовищно похож на его прошлые работы. Настолько, что встраивается в общий нарратив. Я не знаю, как их можно выдерживать, но не ходить невозможно.

Королева Анна едва ходит, и ей во всём помогает её фаворитка и близкая подруга леди Сара. Под «помогает» имеется в виду, управляет государством: женщина исключительной силы, она держит в кулаке весь парламент и не позволяет Анне слабостей. Та, конечно, трещит под напором, и сдаётся милой служанке Эбигейл. Та амбициозна без меры и постепенно вытесняет Сару из близкого круга через секс и травы. Но достигнув карьерного потолка, она на мгновение задумается, того ли она хотела.

Это хороший фильм, полный символов, сногсшибательных анахронизмов (танец — просто песня) и острых слов. Каждый выбор режиссёра, от углов съёмки до расстановки актёров и редкой музыки, отдавался удовлетворением, как когда смотришь на что-то идеальное. Про этот фильм многое сказали, и он провоцирует обсуждение. Лантимос снова молодец.

На затянутой дымом сцене безмолвно, под громкий шуг с проблесками музыки, извивается девушка в красном. Слева поднимает руку девушка в белом и готовится включиться в этот непознаваемый танец. Что они? Непонятно. Они перетекают, перепрыгивают, перебегают и исчезают в клубах дыма. Откуда-то появляется парень в чёрной развевающейся рубашке и под крики чаек будто порхает ветром, исписывая песок, скалы, воздух. Потом будто одумается — и примется всё стирать. Из-под занавеса торчит неподвижная рука четвёртого танцора, которому суждено стать эмоциональным центром постановки.

Ассоциативная символьная система не помогла понять, что происходит. Должен ли вообще танец иметь смысл? Приятно смотреть классический балет: дюжина доступных движений, каждая фраза отработана веками, всё просто и понятно. В современном театре же проще сразу сдаться и воспринимать движения, свет, звуки в надежде, что они сложатся в какую-то эмоцию. Осталось научиться читать свои эмоции — и понимание в кармане.

Танец с первого ряда воспринимается совсем не так, как с двадцатого. Все неожиданно большие, вот они, в паре метров. Каждое движение воспринимаешь не как жест, а как физическое действие, со сжимающимися мускулами, натягивающейся кожей. Одежда касается тела, дыхание актёра чувствует его партнёр. Парень взлетает на девушку и весь сжимаешься в ожидании громкого падения обоих, но нет, танцоры сильнее, чем кажутся. Они просачиваются сквозь друг друга, между рук, между телом и сценой, и нельзя не насладиться красотой движений. Танец здесь не набор символов, а взаимодействие тел. Это непривычно и интересно.

Шесть историй из диких времён освоения Америки: дикий запад, золотоискатели, дилижансы и караваны в Орегон. Не знаю, чего я ожидал от фильма братьев Коэн, но я доволен только первой частью. Она проста, как и остальные: Бастер Скраггс, самый меткий ковбой в его районе, проходит по архетипичному городу из баров и везде побеждает — как врагов, так и реальность. Пока не встречает новое поколение. Лошадиная доза абсурда, лаконичность и музыкальные номера: именно так выглядит постмодернистский вестерн.

К сожалению, дальнейшие истории смотреть очень скучно. Будто читаешь книгу по истории: вроде, отличные люди, есть какая-то мораль, да и события непредсказуемые и знаковые (в рамках своих маленьких мирков, на которые в те времена была разбита американская реальность). Снято хорошо, опять же, какой технический параметр не возьми — всё на высоте. Но не цепляет. Будто смотришь тысячную постановку «кушать подано». Крепкая работа, но не выдающаяся.

Когда Джульетта замерла на сцене и затем все шестеро татуированных мужчин и единственная балерина вышли на поклоны, люди встали и начали продвигаться к гардеробу. Я тоже влился в поток и уже стоял в очереди с номерком, когда прошла женщина, напоминавшая, что это только антракт и всех ждут в кафе. Ничто не предвещало второго акта; это недоразумение усилило впечатление «два гениальных балета по цене одного».

Это действительно два балета: один очень образно пересказывает известную историю под неизвестные треки Radiohead, а второй, Quatro, просто удивляет современностью. Хореографию для обоих поставил Эдвард Клюг, который, кажется, ответственен за всё хорошее, что происходит в балете. Исполняют солисты Мариинского театра, и мало кто в наших странах сможет потянуть эти резкие, сложные, синхронные и асинхронные движения, эту воздушность, телесность, взаимодействие и дистанцию. Это идеальные движения как для музыки Radiohead, так и для восхитительно-монотонной музыки Милко Лазара для фортепиано с виолончелью.

Ни разу за те полтора часа, что длится программа, мне не пришли в голову слова для описания этих танцев. В отличие от классики, современный танец невербализуем. Только одна мысль закрепилась: это лучшее, что я видел в Минске за эти полгода.